Пользовательского поиска



предыдущая главасодержаниеследующая глава

Сергей Барсов. "Ускользающие миллионы"

Сергей Барсов. 'Ускользающие миллионы'
Сергей Барсов. 'Ускользающие миллионы'

По единодушному мнению сотрудников Итальянского банка, наиболее характерной чертой их директора, синьора Пьеро Адзолини, если исключить прямо-таки немецкую пунктуальность, была вспыльчивость. Во всяком случае, секретарь синьора Адзолини никогда не забывал, что его предшественник был уволен только за то, что в поданном шефу на подпись письме оказалось, с точки зрения последнего, два лишних слова. Поэтому нетрудно понять замешательство секретаря, когда, разбирая утреннюю почту, он прочитал весьма необычное послание. Некие "синьора А. М." и "синьор Антонио" предлагали указать местонахождение тайника с золотыми слитками на сумму 1 500 ООО ООО долларов, которые были реквизированы нацистами во время второй мировой войны из итальянского казначейства. За свои услуги авторы письма хотели бы получить 10 процентов стоимости сокровищ.

"Что это - бездарная шутка, бред сумасшедшего или хитроумная проверка профессиональной компетентности, которые периодически устраивает шеф? - ломал голову секретарь.- Как поступить со злополучным письмом? Выбросить в корзину? А вдруг все написанное правда?.. Доложить шефу и получить резкий выговор за то, что по пустякам отнимаю его драгоценное время?.." В конце концов он решил проконсультироваться у специалистов насчет реальности нацистского клада.

Заключение профессора Луиджи Вилларио, к которому обратился банковский чиновник, оказалось весьма интригующим. Да, в 1948 году по поручению тогдашнего министра финансов Медичи он специально занимался изучением этого вопроса и выяснил следующее. В сентябре 1943 года Итальянский банк имел 120 тонн золота: 90 - в слитках, хранившихся в 626 ящиках, и 30 - в золотых монетах, упакованных в 543 мешка. 14 сентября того же года весь золотой запас Италии был реквизирован немцами. 30 тонн золота были вывезены ими в район Фортеццы в Южном Тироле, где после войны их обнаружили союзники. Остальное золото было также отправлено нацистами куда-то в северном направлении двумя партиями -30 тонн в феврале и 60 тонн 3 мая 1944 года. Его дальнейшая судьба неизвестна.

Как и следовало ожидать, ознакомившись с письмом, директор банка лишь раздраженно фыркнул: "Чепуха!" Однако секретарь, выдержав паузу, почтительно попросил выслушать его до конца. Расчет оказался правильным: справка профессора Вилларио произвела должное впечатление. Но, вместо того чтобы дать указание связаться с министерством финансов или Виминальским дворцом*, синьор Адзолини отпустил секретаря, оставив письмо у себя. Едва за тем закрылась дверь, как шеф тут же набрал номер генерала Муско, возглавлявшего итальянскую секретную службу.

*(Резиденция министерства внутренних дел)

...С первых дней существования "Сервицио информациони форца армате риунити" - "Объединенная информационная служба вооруженных сил", сокращенно СИФАР, не ограничивалась официально возложенными на нее функциями разведки и контрразведки. Она постаралась взять под свой контроль всю политическую и экономическую жизнь Италии. Поэтому одним из важнейших подразделений СИФАР стал сверхсекретный отдел РЕИ, дословно именовавшийся "отделом промышленно-экономических исследований", во главе с полковником Ренцо Рокка. По сути дела этот отдел являлся центром политического шпионажа. Располагая широкой сетью информаторов, РЕИ подбирал кандидатуры для выдвижения на высшие государственные должности, влиял на ход съездов политических партий, стоял за кулисами их расколов и объединений. Его агенты устанавливали доверительные связи с друзьями, знакомыми, супругами, шоферами сильных мира сего, покупая их за деньги, положительные рекомендации, содействие в получении выгодных постов. Таким путем РЕИ собирал конфиденциальную информацию, сплетни, компрометирующие факты, заполняя ими тысячи и тысячи досье.

Полковник Рокка отнесся к поручению генерала Муско расследовать письмо "синьоры А. М." и "синьора Антонио" со всей серьезностью. Если сведения о нацистском кладе подтвердятся и его удастся найти, эти деньги весьма пригодились бы для пополнения секретного фонда СИФАР. Ведь содержание многочисленной агентуры, не говоря уже о подкупе влиятельных лиц, обходится недешево, и полковник Тальмонте, "министр финансов" СИФАР, постоянно жалуется на нехватку средств.

Первое, что сделал начальник РЕИ, это приказал изучить архивы итальянской военной разведки в годы фашистской диктатуры. Как он и предполагал, там обнаружилось кое-что заслуживающее внимания. Так, в дополнение к справке профессора Вилларио полковник Рокка узнал, что, кроме банковского золотого запаса, немцы в конце войны вывезли ценности, награбленные у еврейской общины Рима, и что по приказу командующего войсками СС в Италии обергруппенфюрера Карла Вольфа операцией руководил штандартенфюрер СС Дольман, бежавший в Испанию. Значит, нацистский клад, скорее всего, действительно существует.

Вскоре в газете "Глобо" появилось обусловленное в письме невинное объявление с номером телефона, по которому "А. М." и "Антонио" должны были связаться с итальянским банком: под видом его служащих предстояло выступать сотрудникам отдела РЕИ. Полковнику Рокка важно было установить личности авторов письма, а затем, смотря по обстоятельствам, постараться самостоятельно раскрыть их тайну или в крайнем случае заставить согласиться на более скромную компенсацию. Начальник отдела РЕИ почти не сомневался, что сумеет "прижать" неизвестных, кто бы они ни были.

Первую неожиданность "синьора А. М." преподнесла, назначив местом встречи базилику Санта-Мария Маджоре. Вторую сообщила уже при свидании с "доверенным лицом директора Итальянского банка". Оказывается, она выступает лишь в качестве посредника своего близкого друга "синьора Антонио". Место тайника знает только он. Конечно же, в случае согласия с его условиями она сообщит, как связаться с ним, хотя это не так просто. Ведь он немец и проживает в Западной Германии...

Неожиданный поворот дела спутал первоначальные планы полковника Рокка. Правда, его люди без особого труда установили личность "синьоры А. М.". Подлинная фамилия ее была Морлупо. В дальнейшем в целях конспирации она именовалась "мисс Эмма". Узнали они и то, что в 1943 году в доме ее отца жил немец-эсэсовец. Местонахождение тайника она, по-видимому, действительно не знала. Единственное, что удалось выведать у этой деловитой синьоры,- тайник расположен милях в тридцати от Рима, на старой Виа-Фламиния где-то в районе горы Монте-Соратте. Туда были немедленно посланы несколько групп агентов СИФАР, которые собрали богатую коллекцию слухов, но не привезли ни одного конкретного подтверждения существования нацистского клада.

В Монте-Соратте, одиноко возвышающейся в малолюдной местности, еще перед войной было начато строительство секретного подземного командного пункта для итальянской армии. В горе был пробит целый лабиринт тоннелей, куда позднее, после высадки союзников в Анцио, перебрался со своим штабом из Фраскати фельдмаршал Кессельринг. Местные жители утверждали, что после войны Манте-Соратте стала обиталищем привидений. Причем, по их же словам, эти бесплотные существа были поголовно одеты в выцветшую эсэсовскую форму.

Затем пошла новая волна слухов - о таинственных туристах, которые по ночам появляются на горе с фонарями, картами и лопатами. Чтобы положить конец этим тревожащим пересудам, местные власти летом 1950 года объявили Монте-Соратте запретной зоной и послали в ближайшую деревню Сан-Оресте армейское подразделение и взвод карабинеров. Увы, последние не обнаружили ни привидений, ни "туристов", хотя, как утверждали окрестные жители, на горе произошла перестрелка. Однако и это имело вполне прозаическое объяснение: сидевшие в засаде карабинеры и армейский патруль в темноте не признали друг друга.

Внимание полковника Рокка привлекла одна деталь. 83-летний священник дон Джермино Аббалле рассказал, что ночью в начале мая 1944 года на Монте-Соратте слышалась сильная стрельба, а приблизительно через месяц, тоже ночью, раздался мощный взрыв. Это же подтвердил и Антонио Пьермарини, возглавлявший во время войны фашистскую организацию в деревне, а затем сидевший в союзническом лагере для военнопленных. Он отлично помнил, что новозеландские войска захватили их деревню 5 июня (в этот день его и арестовали!), а накануне ночью к нему заходили пятеро эсэсовцев - трое офицеров и двое солдат, до этого, видимо, прятавшихся на горе.

Во время очередной встречи "мисс Эмме" было официально заявлено, что Итальянский банк принимает ее условия. А на следующий день в Мюнхен по полученному от нее адресу выехали двое агентов СИФАР.

...Дождь, то нудно моросящий, то обрушивающийся яростным потоком, вот уже вторые сутки безраздельно царил в городе. Он притушил серой пеленой яркие огни реклам и превратил дома в маленькие, отрезанные друг от друга крепости. В одной из них - старомодном, чопорном особняке с садиком на Дахауэрштрассе - в тот вечер перед двумя смуглыми, черноволосыми мужчинами шаг за шагом развертывалась одна из необычных историй минувшей войны.

- Личную охрану обергруппенфюрера Вольфа составляли мы, солдаты полка СС "Адольф Гитлер",- неторопливо рассказывал худощавый жилистый мужчина в золотых очках, придававших его аскетическому лицу высокомерно- неприступный вид. Это был хозяин особняка 42-летний Вильгельм Фогт.- В десять часов вечера третьего мая 1944 года тридцать человек подняли по тревоге и послали с колонной из пятнадцати грузовиков по Виа-Фламиния в Кастельнуово-дель-Порто. Там во дворе какого-то старинного палаццо нам приказали погрузить на машины множество железных и деревянных ящиков...

Затем колонна двинулась дальше и вскоре свернула с шоссе на проселочную дорогу. На фоне звездного неба впереди темнела какая-то громада, в которой Фогт узнал очертания горы Монте-Соратте.

- Мне уже приходилось не раз бывать там, и я решил, что мы везем в штаб фельдмаршала Кессельринга образцы секретного оружия, о котором тогда ходило много всяких слухов. Грузовики остановились у входа в один из главных тоннелей. Оттуда вышел офицер СС и приказал машинам въехать внутрь. Через несколько сот метров мы остановились в просторном зале, построились возле грузовиков. К нам подошли трое офицеров - старший был в звании оберштурмбаннфюрера - и объяснили задачу. Предстояло перетаскать привезенный груз по нескольким галереям в небольшое помещение с бронированной дверью.

Всю ночь, как проклятые, мы таскали туда ящики и складывали штабелями вдоль узкого прохода. Когда дело подошло к. концу, оберштурмбаннфюрер подал команду каждой паре солдат захватить по ящику и обратно в главный зал не возвращаться, а построиться в нише, недалеко от пересечения галерей. Там, мол, мы получим указание, каким маршрутом следовать в Рим... Не знаю, в чем было дело: может быть, в нелогичности приказа - ведь инструктаж можно было провести и в главном помещении, подслушивать все равно было некому,- а может быть, в автоматах, которые висели на груди у офицеров...- Фогт умолк, словно бы мысленно восстанавливая ту решающую для него минуту, врезавшуюся в память на всю жизнь.- Ящик, который достался мне с моим напарником Куртом, был довольно легкий. Я пожаловался Курту, что у меня разламывается поясница, и попросил его одного отнести груз. Курт согласился...

Дальнейшие поступки Фогта, как признался он сам, были продиктованы не разумом, а прямо-таки животным инстинктом самосохранения. Пока солдаты разбирали ящики, Фогт успел юркнуть в кабину одного из грузовиков и затаился там. Он видел, как едва в галерее скрылась последняя пара, в глубь горы направились часовые.

- Минут через двадцать из галереи послышались гулкие автоматные очереди, приглушенные крики и стоны. Еще толком не понимая, что произошло, я выскочил из кабины и бросился по тоннелю к выходу. Мне удалось пробраться в Монте-Арджентарио, где жила моя подруга-итальянка. Почти год я скрывался у нее, а после войны вернулся сюда, в Германию,- закончил свой рассказ бывший эсэсовец.

- Почему же вы не сообщили о тайне Монте-Соратте раньше? - недоверчиво спросил один из агентов СИФАР.

- Зачем? Чтобы подарить золото союзникам, а самому очутиться в тюрьме или в лучшем случае в лагере для военнопленных? - улыбнулся Фогт своими тонкими бес кровными губами.- Вы ведь помните послевоенную су мятицу...

Резкий звонок в прихожей заставил итальянцев насторожиться.

- Минуточку, прошу прощения, господа,- успокаивающе сказал хозяин, пружинисто поднимаясь из своего глубокого кресла.- Это, наверное, наш Герлах наконец-то привез заказанное пиво. Я его жду с самого утра...

Щелкнул замок входной двери. Послышалась монотонная дробь дождевых капель по листьям деревьев. Внезапно ее разорвали глухие хлопки выстрелов, словно кто-то открывал бутылки шампанского. В следующую секунду агенты СИФАР были на крыльце. Где-то справа в темноте взвизгнули на повороте тормоза, и опять наступила тишина, на фоне которой неумолчный шелест дождя казался зловещим. За его густой завесой итальянцы не сразу разглядели темную фигуру, лежавшую в конце короткой бетонной дорожки у открытой калитки.

- Да, второй раз надуть судьбу Фогту не удалось,- спокойно заметил один из агентов, тщетно пытавшийся нащупать пульс у лежавшего ничком немца. Он выпустил жилистую руку, со стуком упавшую на бетон.- Больше нам здесь делать нечего. Пусть полиция сама разбирается, что к чему...

Итак, поездка в Мюнхен, на которую возлагались все надежды, окончилась ничем. Правда, рассказывая о своих передрягах после освобождения союзниками Италии, Фогт обмолвился о том, что однажды возил свою подругу, "мисс Эмму", в Монте-Соратте и даже объяснил ей приблизительно, где должна находиться штольня с золотом, вход в которую немцы, конечно же, взорвали или замуровали. Полковник Рокка приказал немедленно доставить к нему синьору Морлупо - теперь он че считал больше нужным маскироваться под Итальянский банк. Но и здесь его ждала неудача: буквально накануне бедная синьора... отравилась консервами. Врачам с трудом удалось спасти ей жизнь, но зрение она утратила навсегда.

Как это ни парадоксально, но именно эта сплошная цепь неудач укрепила уверенность полковника в реальности существования нацистских сокровищ. Во-первых, совпадение дат и отдельных деталей в рассказах священника из Сан- Оресте и самого Фогта. Во-вторых, убийство бывшего эсэсовца и попытка ликвидировать его сообщинцу,- шеф РЕИ не сомневался, что кто-то приложил руку к ее отравлению. Все это свидетельствовало о решимости определенных лиц не допустить раскрытия тайны. Правда, отсюда напрашивался и другой вывод: эти лица имеют своего человека в СИФАР. Скорее всего он связан с "Шпинне"* и вывел бывших нацистов на след агентов полковника Рокка, а через последних - на Фогта и синьору Морлупо. Трудно было сказать, сколько уйдет времени, чтобы найти его, если это вообще удастся,- слишком много сотрудников СИФАР перешли к ней в наследство от СИМ, существовавшей при Муссолини. Поэтому начальник РЕИ решил подключить к поискам министерство обороны.

*("Шпинне" ("Паук") - тайная организация бывших эсэсовцев, действовавших в Европе после второй мировой войны.)

Лабиринт подземных галерей и штолен на Монте-Соратте наводнили саперы и военные геологи. Начальник СИФАР генерал Муско был настоен оптимистически: месяца два - три, ну, пусть полгода - и золото обязательно будет обнаружено, считал он. Однако шло время, росло число обследованных коридоров и тупиков, разобранных завалов, но результатов не было. А с их отсутствием пошел на убыль и энтузиазм в верхах. Большая часть персонала и техники была снята с Монте-Соратте, и лишь горстка специалистов осталась в ее мрачных недрах. Наконец, в 1958 году, когда исчезли последние надежды найти нацистское золото, операция была окончательно прекращена. Полковник Рокка дал себе слово, что рано или поздно - пусть хоть через двадцать лет - все-таки нащупает дорогу к кладу, но только с другого конца, разыскав тех, кому доверена эта тайна.

Тем временем на смену спецслужбам пришел частный охотник за сокровищами - депутат парламента Спаллини. 18 мая 1959 года он получил официальное разрешение властей на поиски "любых ценностей" в районе горы Монте-Соратте. Начальник РЕИ, на всякий случай затребовавший досье депутата, с удивлением обнаружил, что Спаллини одно время был близким другом теперь уже покойной синьоры Морлупо. За нанятыми им специалистами было установлено постоянное наблюдение, тем более что парламентарий отчаянно спешил и поэтому не жалел денег: за четыре года он вложил в дело около миллиона лир. Невольно напрашивался вопрос: уж не поделилась ли своей тайной и не свозила ли его в свое время к горе "мисс Эмма"? Именно в силу этого предположения, когда в 1964 году депутат Спаллини скоропостижно скончался - видимо, он был близок к успеху и его тоже устранили, решил Рокка,- полковник добился нового тщательного обследования горы. Была даже пробита специальная штольня на юго- восточном склоне, которая, по расчетам, должна была вывести ко все еще не обнаруженному центральному залу. Увы, и на сей раз нацистское золото осталось недосягаемым. Что же касается начальника РЕИ, то к этому времени его поглотили другие, более важные дела.

предыдущая главасодержаниеследующая глава


© Злыгостев Илья Сергеевич - подборка материалов, оформление, оцифровка, статьи; Злыгостев Алексей Сергеевич - разработка ПО. 2001-2017
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу первоисточник:
http://vsemonetki.ru "VseMonetki.ru: Нумизматика и бонистика"