1.3. Бумажные денежные знаки эпохи системы золотого монометаллизма и после ее краха

В конце XIX — начале XX в. капитализм в России перерастает в последнюю, высшую стадию — империализм. Этому способствовал промышленный подъем 90-х годов, который наблюдался также в ряде других капиталистических стран. Однако в России, позднее вступившей на путь капитализма, развитие промышленности происходило более быстрыми темпами. Оно характеризовалось очень высокой степенью концентрации производства, рабочей силы и капитала. В 90-е годы монополистические объединения — картели, возникшие в промышленности России в 80-х годах, занимают прочные позиции во всей хозяйственной жизни страны, чему в немалой степени способствовала экономическая политика правительства Александра III (1881-1894), а затем Николая II (1894-1917). Успехи промышленного развития в конце XIX в. не ликвидировали, однако, вековой технической отсталости страны, которая попала в полуколониальную зависимость от западноевропейского капитала.

Для обеспечения стабильного развития экономики русской буржуазии необходима была устойчивая валюта, препятствующая обесценению ее денежных капиталов. Провал попыток стабилизации кредитного рубля в 60-х и 80-х годах вынудил правительство полностью отойти от дефляционной политики, т. е. отказаться от восстановления прежней покупательной способности рубля посредством изъятия излишней массы кредитных билетов из обращения.

В соответствии с новой денежной политикой предполагалось поддержать курс рубля на сложившемся уровне, оградив его от опасности дальнейшего снижения, и после накопления достаточного золотого запаса ввести размен кредитных билетов на золото по сложившемуся курсу. Тем самым в России началась постепенная подготовка к денежной реформе, имевшей целью замену инфляционного обращения неразменных бумажных денежных знаков системой золотого монометаллизма с банкнотным обращением, переход к которой уже совершили многие развитые капиталистические страны.

Важно подчеркнуть, что большая продолжительность подготовительного периода (с начала 80-х годов) была вызвана не только тем, что денежная реформа требовала создания соответствующих предпосылок. Проведение реформы в значительной мере тормозилось из-за острой борьбы между помещиками, заинтересованными в инфляции и обесценении рубля для увеличения своей выручки от экспорта хлеба, снижения реальной суммы задолженности по ипотечному кредиту, и окрепшим классом капиталистов внутри России, иностранной буржуазией, которые были заинтересованы в устойчивости рубля.

Начиная с 1881 г. правительство прилагало все усилия к накоплению золотого запаса. Поскольку не обеспеченные золотом кредитные билеты были ранее выпущены банком для нужд казначейства, то их сумма признавалась долгом казны перед Государственным банком. В связи с последним обстоятельством накопление золотого запаса Госбанком происходило в основном посредством получения им золота из казначейства в счет этого долга.

В свою очередь казначейство использовало различные способы привлечения золота. Одним из них явился доход от взимания таможенных пошлин. Ранее отмечалось, что еще в 1877 г. был введен порядок, предусматривающий их взимание в золоте. В 1877-1892 гг. поступления таможенных доходов в золотой валюте составили всего 1 039 449 руб., в том числе золотой монетой — 415 951 руб. (См.: Флуг К. О восстановлении металлического обращения в связи с условиями нашей денежной и монетной системы. — СПб., 1895. — С. 118)

Для пополнения запаса золота правительство проводило политику, направленную на всемерное развитие экспорта сельскохозяйственной продукции, главным образом хлеба, за границу. Россия выступала крупным поставщиком зерна на мировой рынок даже в годы неурожая в стране и в периоды низких цен на этот товар на европейских рынках. Экспортные поставки хлеба производились невзирая на постоянный недостаток его на внутреннем рынке, голод среди трудящихся. Весной 1891 г. в условиях приближавшегося неурожая министр финансов И. А. Вышнеградский провозгласил лозунг «Сами не будем есть, но будем вывозить». Подобная политика правительства приводила к еще большему обнищанию беднейших слоев населения, в первую очередь крестьянства.

В целях стимулирования роста экспорта сельскохозяйственных продуктов Министерство финансов перестроило систему железнодорожных тарифов. Они составлялись так, чтобы хлеб было выгоднее везти к портам и к западной границе (а не в центральные районы страны), откуда он затем направлялся за рубеж.

Кроме того, правительство значительно усилило налоговое обложение крестьян. Из них буквально выколачивались недоимки по отмененной подати. Ряд налогов был повышен, а сроки их уплаты приурочивались к моменту уборки урожая. Это вынуждало крестьян быстрее продавать сельскохозяйственные продукты, порой за бесценок. В результате такой политики правительства крестьяне зачастую были лишены минимального продовольственного запаса, оставались без хлеба, голодали. В неурожайные годы, например 1891 — 1892, они умирали тысячами. Выколачиваемый из крестьянских хозяйств хлеб становился предметом экспорта, причем часто он продавался за границей по весьма низким ценам. Последнее обстоятельство в значительной мере вызывалось тем, что помещики — экспортеры хлеба крайне неумело учитывали конъюнктуру европейских рынков. Вывоз зерна за рубеж осуществлялся преимущественно осенью после уборки урожая в стране. Обычно в этот период на иностранных рынках цены на хлеб были минимальными. Поэтому реализация хлеба производилась Россией по низким ценам, что существенно уменьшало доходы от экспортных операций.

Тем не менее в результате усиленного вывоза за счет недоедания населения и обнищания деревни Россия начиная с 1882 г. добилась активного торгового баланса. За период 1882 — 1897 гг. вывоз продукции превысил ее ввоз на 2635 млн. руб. (См.: Энгеев О. О платежном балансе довоенной России //Вестник финансов. — 1928. — № 5. — С. 77) Наряду с политикой развития экспортных операций правительство постоянно прибегало к внешним займам, которые заключались на кабальных для Российской империи условиях. Как правило, кредиты предоставлялись с взиманием высоких процентов. Иностранные банки — посредники в размещении облигаций займов на европейских фондовых биржах взимали большое комиссионное вознаграждение за выполнение данной операции. За 1881-1897 гг. внешний долг России увеличился на 1200 млн. руб. и достиг 2400 млн. пореформенных золотых рублей. Поступления от реализации государственных займов на внешнем рынке составили за эти годы 1050 млн. пореформенных рублей (Там же). Наиболее крупными внешними займами явились 4%-ный золотой заем 1889 г., 1-й выпуск (его нарицательная сумма составила 187,5 млн. руб.); 4%-ный золотой заем 1890 г., 2-й выпуск (нарицательная сумма 135,0 млн. руб.); 4%-ный золотой заем 1890 г., 3-й выпуск (112,5 млн. руб.); 4%-ный золотой заем 1890 г., 4-й выпуск (15,7 млн. руб.); 3%-ный золотой заем 1891 г. (112,6 млн. руб.); 4%-ный золотой заем 1893 г., 5-й выпуск (66,8 млн. руб.); 3 ¹/₂%-ный заем 1894 г. (150 млн. руб.); 3%-ный заем 1896 г. (150 млн. руб.). Облигации внешних займов России реализовывались преимущественно на фондовых биржах Парижа, Берлина, Лондона, Амстердама и других европейских городов. Часть из них обращалась на российской бирже (после Великой Октябрьской социалистической революции купоны к облигациям некоторых займов использовались в качестве первых советских денежных знаков).

Импорт капитала осуществлялся в Россию также в форме его вложения иностранной буржуазией в транспортные, промышленные, торговые предприятия, банки России путем покупки их акций и облигаций, предоставления краткой долгосрочных ссуд. Стабилизация курса рубля и начало промышленного подъема в России 90-х годов создали особенно благоприятные условия для импорта иностранного капитала, величина которого в 1881-1897 гг. составила 750 млн. руб. (См.: Энгеев О. Указ. соч. — 77) Благодаря развитию экспортных операций и сокращению импорта, получению внешних займов в эти годы платежный баланс России сложился в ее пользу, что вызвало быстрый рост золотого запаса страны.

Правительство России значительное внимание уделило также расширению добычи золота в стране. В первой половине 90-х годов среднегодовая добыча золота в стране составляла 42 202,7 кг, или 17,2% мировой добычи этого металла (См.: Михалевский Ф. Золото как денежный товар. — М.: Соцэкгиз, 1937. — С. 177,179).

С середины 90-х годов с целью подготовки населения к обращению бумажных денежных знаков, разменных на золото, увеличения запаса этого металла в кассах Госбанка были приняты меры по расширению выпуска депозитных металлических квитанций. Госбанк выдавал «депозитки» частным лицам в обмен на золото в слитках и «ассигновки» горных правлений на золото, на иностранные монеты и разменные на золото иностранные банкноты, тратты на заграницу, оплачиваемые золотом. Депозитные металлические квитанции выпускались достоинством 5, 10, 25, 30, 50, 100, 500 и 1000 руб. В основном они имели такое же оформление, как и аналогичные квитанции, выпущенные в 80-х годах (см. Приложение, табл. 1.10, № 636-648, ил. 1.10.51-1.10.52; Водяные знаки, № 35Б-36Б). Московская и Петербургская конторы Госбанка производили их размен на полуимпериалы. Государственное казначейство должно было принимать депозитные металлические квитанции в уплату таможенных пошлин. При расчетах между частными лицами эти денежные знаки принимались при взаимном согласии сторон. В 1893 г. эмиссия депозитных металлических квитанций составила 12,4 млн. руб., в 1894 г. — 20,6 млн., в 1895 г. — 62,2 млн., в 1896 г. — 171,7 млн. руб. (См.: Каценеленбаум 3. С. Учение о деньгах и кредите. — Часть I. Деньги и денежное обращение. — 2-е изд. — Ярославль, 1923. — С. 244)

Все рассмотренные мероприятия позволили правительству накопить значительный запас золота, о чем свидетельствуют данные табл. 8.

Золотой запас России увеличился за 1881-1897 гг. более чем в 3,5 раза. Источниками этого золота явились прежде всего прямое обнищание народных масс и иностранные займы. Накопление золота создало условия для восстановления размена кредитных билетов на металл.

Таблица 8

Источник. Государственный банк. — С. 138-139.

Правящие круги России понимали, что обеспечить стабилизацию рубля невозможно при дефицитном государственном бюджете. Поэтому в период подготовки денежной реформы правительство большое внимание уделяло росту государственных доходов. Главным их источником явилось прямое ограбление всех трудящихся посредством резкого усиления налогового бремени. Наряду с повышением старых налогов (акцизов на хлебное вино, табак, сахар, поземельного налога и гербового сбора) Министерство финансов, возглавляемое И. А. Вышнеградским, ввело ряд новых налогов — акцизы на спички, керосин и другие предметы широкого потребления. С 1892 г. политику усиления налогового пресса проводил новый министр финансов С. Ю. Витте. Он предложил восстановить налоги на соль, а также повысить акцизы на спирт, пиво, табак, сахар, керосин и другие виды налогов, что должно было увеличить налоговое бремя сразу на 12%.

При подготовке к денежной реформе Министерство финансов России провело ряд мероприятий в области упорядочения внутреннего государственного долга. К этому времени он достиг таких масштабов, что правительство было не в состоянии погашать обязательства по государственным займам в установленные сроки. Поэтому значительное развитие получили операции Министерства финансов по изменению условий ранее выпущенных государственных займов. Для сокращения расходов по этим займам, а следовательно, расходов государственного бюджета удлинялись сроки займов (консолидация) или уменьшались размеры выплачиваемых по облигациям процентов (конверсия). С 1889 по 1894 г. было конвертировано займов на нарицательный капитал в сумме 2664 млн. руб. (См.: Министерство финансов. 1802-1902. Часть вторая. — С. 88) При этом Министерство финансов сочетало конверсии и консолидации, т. е. одновременно удлиняло срок действия займа и снижало процент по нему. Это было достигнуто за счет перехода к массовым выпускам свидетельств (облигаций) 4%-ной государственной ренты.

Государственная рента как форма внутреннего государственного долга существенно отличалась от погашаемых в определенные сроки облигационных займов. Обязательное погашение последних (выплата владельцу облигации ее нарицательной стоимости плюс процентных платежей) в определенные сроки, например тиражами начиная с какого-либо назначенного года (со второго, третьего и т. д. года после подписки на заем), требовало огромных бюджетных средств. При неустойчивом характере государственных финансов России такой порядок снижения внутреннего долга усиливал дефицит бюджета, вызывал необходимость осуществления новых внутренних займов, как правило, на менее выгодных условиях, с тем чтобы погасить старые займы. Поэтому в 90-е годы XIX в. правительство начало усиленно обращать внутренний государственный долг по срочным займам в свидетельства государственной ренты, которые являлись обязательствами ежегодных процентных платежей. Фактически они не содержали «обязательства» государства данный долг погашать, но было предусмотрено лишь «право» государства погасить или конвертировать долг.

В 90-е годы выпуск свидетельств 4%-ной государственной ренты стал выступать основной формой внутреннего долга. Этот заем использовался для конверсии других государственных ценных бумаг в целях замены срочных займов и их удешевления. В 1894 г. была закончена конверсия облигаций 5%-ного займа, затем подавляющая часть государственных займов разных наименований и форм также обращена в свидетельства 4%-ной ренты.

Свидетельства 4%-ной государственной ренты имели купоны, где указывалась годовая сумма процентного платежа, который можно было получить держателю свидетельства по истечении года. 27 октября 1895 г. было разрешено свободное обращение купонов 4%-ной ренты, до срока оплаты которых осталось не более шести месяцев, а также свидетельств ренты, лишенных таких купонов. Иными словами, они обращались как денежные знаки. Последующая история денежной системы дореволюционной России показала, что в случаях, когда в денежном обращении возникал недостаток государственных денежных знаков, их роль весьма активно выполняли купоны государственных ценных бумаг (без каких-либо ограничений сроками оплаты купонов), непосредственно облигации государственных займов, билеты государственного казначейства, свидетельства государственной ренты (после Великой Октябрьской социалистической революции некоторые из них использовались как первые советские денежные знаки).

Результатом мер, проводимых в период подготовки к денежной реформе, явилось некоторое улучшение финансового положения России. Однако в целом государственный бюджет по существу оставался дефицитным. Погашение старых долгов, расходы на выкуп действующих железных дорог и постройку новых, крупные военные расходы обременяли государственный бюджет. Источником покрытия дефицита бюджета служили займы, а также эмиссия кредитных билетов. Финансовое положение России было особенно неустойчивым в неурожайные годы, что имело отрицательные последствия для денежного обращения.

Так, в 1891 г. вследствие неурожая и последовавшего за этим голода, сокращения государственных доходов, провала очередного государственного займа правительство вновь вынуждено было прибегнуть к выпуску кредитных билетов для покрытия своих расходов. В соответствии с указом от 28 июля 1891 г. министру финансов повелевалось «применять меру временных выпусков кредитных билетов во всех тех случаях, когда по состоянию кассы Государственного банка... то признано будет необходимым». Хотя эти выпуски объявлялись временными, по существу они таковыми не были. В 1891-1892 гг. временные выпуски кредитных билетов были произведены в сумме 125 млн. руб. (См.: Министерство финансов. 1802-1902. Часть вторая. — С. 111) В 1893 г. для покрытия дефицита государственного бюджета Министерство финансов приняло решение о проведении очередного внутреннего 4¹/₂% займа на сумму 100 млн. руб.

В 1887-1895 гг. были выпущены в обращение государственные кредитные билеты новых образцов с нарицательной стоимостью 1, 3, 5, 10 и 25 руб. (см. Приложение, табл. 1.9, №610 — 635; ил. 1.9.43-1.9.50; Водяные знаки, № 27А-34А). Их внешний вид свидетельствовал, что по мере приближения к концу XIX в. оформление бумажных денежных знаков — рисунки, орнаменты и другие декоративные элементы — приобретали все большую пышность. В оформлении усилился эклектический подход, выражавшийся в механическом соединении значительного количества разнородных деталей. Лицевые стороны кредитных билетов имели изображение массивных архитектурных деталей в «русском» стиле (знаки достоинством 1, 3, 10, 25 руб.). Как и ранее, этот стиль оказывал влияние на внешний вид бумажных денежных знаков.

Рисунок на лицевой стороне 5-рублевого билета включает многообразные виды древнерусского оружия — скрещенные копья, бердыши (металлический полумесяц, насаженный на древко), секиру (топор с длинной рукоятью), сабли, булаву (короткий жезл с массивным шарообразным наконечником), кистень (короткую деревянную палку с подвешенным металлическим грузом), колчаны со стрелами и др. На их фоне изображен боевой щит, рядом с которым слева и справа нарисованы два шлема и сверху — вензель Александра III, увенчанный императорской короной. На щите, края которого покрыты декоративным орнаментом, помещен герб России (см. ил. 1.9.45).

На оборотной стороне кредитных билетов названных пяти достоинств нарисован герб империи, обрамленный сложными узорами. На этой же стороне денежных знаков расположен текст с извлечением из манифеста об их выпуске. Оформление всех этих знаков включает и другие обязательные элементы — указание их наименования, обозначение номинала, года выпуска, номеров, факсимильные подписи управляющего и кассира Госбанка.

В указанный период в обращение поступили кредитные билеты, имевшие несколько иной внешний вид. На лицевой стороне одного из них, а именно 25-рублевого достоинства, помещено символическое изображение женщины в богатой княжеской одежде, шапке Мономаха. Женщина держит скипетр и державу и одной рукой опирается на широкий и высокий древнерусский щит с рисунком герба России. У основания щита изображен собирающий урожай крестьянин, лицо которого обращено в сторону сидящего человека с развернутым пергаментом в руке. На оборотной стороне этого денежного знака в каждом из шести небольших овалов, расположенных вокруг цифр 25, помещена красивая миниатюра. На ней изображен портрет женщины в кокошнике — старинном русском национальном головном уборе замужних женщин, состоявшем из широкого обруча с высокой передней частью (очельника) и донца с лентами, спускавшимися сзади, и украшенном жемчугом и самоцветными камнями (см. ил. 1.9.48).

На одном и том же месте лицевая и оборотная стороны 25-рублевого знака имеют овальные рамки, увенчанные коронами. На поверхности кредитного билета внутри данных рамок нет каких-либо черно-белых или цветных рисунков, однако при рассмотрении на свет можно было увидеть изображение водяного знака — портрета Александра III (см. Водяные знаки, № 32Б). Этот же портрет, но только в «зеркальном отражении» можно увидеть в овальной рамке, если билет перевернуть на другую сторону. В оформлении бумажных денежных знаков страны подобный прием был применен впервые. Позднее он иногда использовался, но с некоторыми изменениями.

Символические изображения женщины в княжеской одежде, шапке Мономаха помещались также на кредитных билетах с нарицательной стоимостью 5 и 10 руб. Однако в отличие от похожего рисунка, имевшегося на 25-рублевом знаке, на данных билетах женщина изображена сидящей.

На лицевой стороне 5-рублевого билета женщина изображена с опущенным острием вниз двуручным мечом, обвитым лентой и ветвью, и небольшим щитом, на котором нарисован герб. На оборотной стороне знака, по его углам расположен портрет женщины в кокошнике, взятый в овальную рамку. По краям купюры имеется обрамление, включающее текст извлечения из манифеста о выпуске кредитных билетов (см. ил. 1.9.50).

На знаке 10-рублевого достоинства в левой руке женщина держит ветвь как традиционный символ миролюбия, правой рукой опирается на щит с рисунком герба России. Знак имеет прямоугольное обрамление, на котором обозначены номинал (арабскими и римской цифрами, словами), год выпуска. На оборотной стороне билета, в его центре изображен герб страны, по краям — прямоугольное обрамление, на котором помещен текст извлечения из указанного манифеста (см. ил. 1.9.49).

Все кредитные билеты, выпущенные в 1887-1895 гг., содержали текст с указанием об их размене в кассе Госбанка на серебряную и золотую монету. Однако, как отмечалось, на практике данное положение о размене не выполнялось.

В результате накопления золотого запаса, некоторого улучшения состояния государственного бюджета назрел вопрос о восстановлении размена кредитных билетов на металл. Однако до того как начать размен, Министерство финансов Российской империи осуществило меры к укреплению курса рубля на европейских биржах, который там сильно колебался из-за спекулятивных операций с русской валютой. Через своих агентов правительство произвело на зарубежных биржах ряд крупных операций по покупке и продаже иностранной валюты. Израсходовав на эту цель часть золотого запаса, оно смогло стабилизировать курс рубля, который сложился на уровне 1 руб. 50 коп. кредитными билетами за 1 руб. золотом.

Денежная реформа 1895-1897 гг., проведенная министром финансов С. Ю. Витте, была осуществлена в несколько этапов. Поскольку правящие круги России предполагали введение в стране системы золотого монометаллизма, правительство, приступив к денежной реформе, предприняло ряд мер по постепенному внедрению золотой монеты в денежное обращение, стремясь при этом обеспечить определенное соотношение между кредитным и золотым рублем. Фактически золотые монеты участвовали в денежном обращении. Однако юридически сохранял силу закон, в соответствии с которым все сделки должны были заключаться в серебре. В стране формально денежной единицей все еще являлся серебряный рубль, что ограничивало сферу функционирования золотой монеты.

В соответствии с законом от 8 мая 1895 г. были разрешены сделки на золото. Этот закон, в частности, предусматривал, что:

1) всякие дозволенные законом письменные сделки могут быть заключены на российскую золотую монету;

2) по таким сделкам уплата производится либо золотой монетой, в определенной сделкой сумме, либо кредитными билетами по курсу на золото в день действительного платежа, а в случае спора о курсе — по последнему, полученному на месте среднему курсу сделок Петербургской биржи.

Таким образом, первым этапом реформы явилось разрешение в 1895 г. сделок с золотом. При этом для 5-рублевой золотой монеты (полуимпериала) была установлена цена 7 руб. 50 коп. кредитными билетами, для 10-рублевой (империала) — 15 руб. Это мероприятие дополнялось рядом других, которые были направлены на внедрение золота в обращение по указанной «цене» золотых монет.

24 мая 1895 г. учреждениям Государственного банка было разрешено покупать и продавать золотую монету по данному курсу. Фактически это означало установление размена кредитных билетов на золото. Каждый желающий мог явиться в учреждение Госбанка и представить в его кассу кредитные билеты, например, на сумму 30 руб. и получить взамен 2 империала, т. е. 20 руб. золотом. 20 июля 1895 г. учреждения Государственного банка получили право принимать золотую монету на текущий счет и во вклады также по указанному курсу, а не по ее номиналу. При внесении золотой монеты, например, в виде 10 империалов сумма вклада составляла 150 руб. в кредитных билетах.

Наконец, 8 ноября 1895 г. правительственным учреждениям было разрешено принимать золотую монету в уплату государственных сборов. Причем с 1 января 1896 г. платежи в казну стали также производиться по курсу 7 руб. 50 коп. за полуимпериал. Стабильный курс рубля сначала был установлен временным распоряжением Министерства финансов, а затем в окончательном виде закреплен указом от 3 января 1897 г.

3 января 1897 г. было установлено, что кредитный рубль равнялся 66 ²/₃ коп. золотом, т. е. 1 руб. 50 коп. кредитными билетами равнялись 1 руб. золотом. Тем самым был окончательно подготовлен переход к системе золотого монометаллизма, которая законодательно устанавливалась 3 января 1897 г. в соответствии с опубликованным в этот день законом «О чеканке и выпуске в обращение золотых монет». Он предусматривал: «... 1) оставить золотую монету без всякого изменения в содержании чистого золота, пробе, весе и размерах, установленных законом... чеканить таковую с означением на империалах цены 15 рублей и на полуимпериалах цены 7 руб. 50 коп.... 2) по изготовлении золотой монеты... выпускать оную в обращение» (Министерство финансов. 1802-1902. Часть вторая.-С. 425).

Закон от 3 января 1897 г. привел номинальную стоимость золотых монет в соответствие с установленной на них «ценой» в кредитных рублях. Тем самым принятый закон распространял уменьшение металлического содержания в рубле на одну треть и на золотые монеты. По существу это означало законодательное оформление акта девальвации рубля. С принятием закона от 3 января 1897 г. начались активная чеканка золотых монет и их поступление в обращение. Если на 1 января 1897 г. золотых монет в обращении было всего на 36 млн. руб., то через два года — на 451,4 млн. руб., т. е. их количество увеличилось более чем в 12,5 раза (См.: Власенко Е. В. Указ. соч.-С. 160). В 1897 г. был издан указ о чеканке и выпуске в обращение сверх империалов и полуимпериалов 5-рублевой золотой монеты достоинством в Уз империала. Чеканка другой новой золотой монеты — 10-рублевого достоинства началась по указу от 11 декабря 1898 г.

Завершающим мероприятием денежной реформы 1895-1897 гг. явилось принятие нового эмиссионного закона от 29 августа 1897 г., который регулировал выпуск кредитных билетов в обращение и принципы их обеспечения золотом. В соответствии с этим законом Государственному банку было разрешено выпустить в обращение кредитных билетов на сумму 600 млн. руб. из расчета покрытия 50% суммы эмиссии золотом. В пределах остальной суммы он имел право выпустить кредитные билеты в порядке выдачи ссуд под залог частных коммерческих векселей, их учета (покупки). Такой двойной принцип обеспечения бумажных денежных знаков — металлического и товарного (в виде векселей) вводился в России впервые. При выпуске сверх 600 млн. руб. каждый рубль кредитных билетов должен был на 100% обеспечиваться золотом. При этом еще раз подчеркивался факт девальвации кредитного рубля: покрытием 15 руб. кредитными билетами являлся один империал, номинальное достоинство которого составляло 10 руб.

С принятием закона от 29 августа 1897 г., предусматривавшего размен кредитных билетов на золото, возникла необходимость в помещении нового текста на кредитных билетах. Как отмечалось выше, надпись на ранее выпускавшихся билетах указывала, что они разменивались кассой Госбанка России на серебряную и золотую монету и обращались на территории империи наравне с серебряной монетой. Подобный текст не соответствовал содержанию денежной реформы 1895-1897 гг., в ходе которой кредитные билеты были наделены ролью знаков золота, и правительство опасалось недоразумений в связи с этим, главным образом в отношениях с иностранной буржуазией — кредиторами России. «Дальнейшее оставление на кредитных билетах существующих надписей, — писал Комитет финансов, — представляет большие неудобства... так как несоответствие между сими надписями и последнеизданными узаконениями по денежному обращению может породить, преимущественно за границей, неблагоприятные для нашего